Space Exploration Technologies

От Птолемея к Копернику

Со временем идеи Аристотеля стали подвергаться сомнениям. Движение планет по небесной сфере все так же оставалось необъяснимым.

Клавдий Птолемей (около 100 - около 170) предполагал, что Земля имеет форму шара и находится в центре Вселенной, а небо (в форме сферы) вращается вокруг своей оси, движимое первичной внешней звездной сферой. Собственно, все как говорил Аристотель. Для того чтобы объяснить смещение точек равноденствия и «странное» движение планет, достаточно было просто добавить новые сферы, или, как говорил в 200 г. до н. э. Аполлоний, добавить новые круги вращения: дифференты, эксцентрики, эпициклы и эпициклы эпициклов. Космос вокруг Земли, по мнению Птолемея, был наполнен зубчатыми механизмами.

Ученого не волновало, совпадает ли геоцентрическая модель Вселенной с физической реальностью, - он определил свою систему как «полезный математический инструмент» для вычисления положения планет. Нам может показаться странным тот факт, что Птолемей стремился путем ее усложнения усовершенствовать модель Аристотеля, вместо того чтобы принять более простую и новаторскую модель Аристарха. Ведь если в его распоряжении был только один математический инструмент, использовать модель Аристарха было намного проще.

А ведь он мог поменять ход истории: после Птолемея даже упоминания о гелиоцентрической модели уходят в небытие. Тот же Птолемей написал и  («Великое построение»), который арабы переименовали в «Аль-Маджисти» (возможно, от греческого мечите - величайший). В Средневековье труд был более известен именно под названием арабского происхождения - «Альмагест». В этом внушительном произведении Птолемей реорганизовал всю астрономию прошлого, и благодаря ему мы сегодня знаем о теориях, созданных за столетия до Птолемея. Синтезировав и улучшив идеи Аполлония и Гиппарха, ученый интегрировал их расчеты со своими и выработал подходившую для наблюдений теоретическую систему. «Его» Вселенная была поделена на 40 одновременно вращавшихся сфер - как и огромные механические часы, которые со временем чуть-чуть отклоняются от правильного хода, эту систему надо постоянно «заводить», чтобы она продолжала функционировать.

Только великий математик мог создать столь огромное и сложное произведение. Так как труд Птолемея сильно опережал время, геоцентрическая система в течение нескольких следующих столетий была известна как «система Птолемея». После него, по сути, предположить, что Вселенная построена как-то иначе, было просто невозможно: «Альмагест» был столь грандиозным произведением, что упростить его означало ошибиться. Кроме того, идея ученого устраивала набирающую силы христианскую религию: мысль, что планета, созданная Богом специально для человека, находится в центре Вселенной, не могла не удовлетворить верующих. Из математической теории гипотеза Птолемея превратилась в догму, противоречить которой было просто опасно.

И миру пришлось ждать, пока интеллект, сравнимый по масштабам с Птолемеевым, перевернет перспективу и разрушит циклы, эпициклы и дифференты. Пришлось ждать, пока великий астроном соберет множество точнейших данных, великий математик, лишенный предубеждений, осмыслит эти данные, а гениальный астроном наберется смелости и представит теорию научному миру, бросив вызов церковному авторитаризму. Пришлось ждать больше тысячи лет, пока Коперник, Браге, Кеплер и прежде всего Галилей не произведут революцию в области астрономии. Пришло время для радикальных перемен.